«Опыт нехватки – самый очевидный знак Его присутствия» - Хулиан Каррон

«Опыт нехватки – самый очевидный знак Его присутствия»

Хулиан Каррон – интервью с Андреа Авведуто Quotidiano Meeting

8/25/2015 - Митинг-2015

Двадцать третьего и двадцать четвертого августа на Митинге в Римини побывал отец Хулиан Каррон. Мы поговорили с ним о вопросе Марио Луци и о том, что произошло на фестивале в эти дни.

Отец Хулиан, какой опыт связан для вас с темой Митинга этого года?

Тот же самый, что проделывает всякий другой человек, который достаточно сознателен и не может не замечать в своей повседневной жизни некую нехватку. Нам всегда чего-то не хватает, даже когда все идет как по маслу, даже когда мы в отпуске: нехватка обнаруживается в любых обстоятельствах. А после христианской встречи она заметно возрастает: в жизни появляется ностальгия по Христу, столь сильная, что чувство нехватки не только не ослабевает, но, напротив, становится острее. «От ранней зари ищу Тебя», – говорит псалмопевец. Опыт нехватки – самый очевидный знак Его присутствия.

В чем разница между нехваткой и пустотой?

С пустотой все иначе. Она не способна к открытости чему бы то ни было. В ней ничего нет. А если в ней ничего нет, значит, человеку необходимо заполнить ее чем-то, что придаст жизни смысл. Нехватка же есть нечто, к чему мы постоянно вновь и вновь призываемы. Порой нехватка и пустота очень похожи, и нужно понять, действительно ли нехватка не пуста, действительно ли нам не хватает Того, Кто меня призывает, Того, по Кому я испытываю ностальгию, или же это всего лишь бездонная пустота, темная бездна, в которой, не понимая, как действовать, я пытаюсь отвлечься, которую стремлюсь заполнить чем угодно, поскольку в противном случае она невыносима. В отличие от такой пустоты, ностальгия полна присутствия.

В эти дни на Митинге стало ясно: сердце, освободившееся от предубеждений и идей, находящееся в непрестанном поиске, как напомнил нам папа Франциск, способно улавливать и осязать присутствие тайны, которая указывает нам общий путь. Не могли бы вы помочь нам понять, что именно произошло?

Первое, что сводит нас, – наша общая природа, наше чувство нехватки, наше желание, наша нужда в чем-то ином. Мы это наблюдали после трагедии с башнями-близнецами, после терактов в Париже... Люди объединяются, пробуют собраться вместе. Проблема в том, что такое единство не длится во времени. Не находя прочную основу для единства, мы рано или поздно мы вновь рассеиваемся, и каждый возвращается к индивидуализму. В нас не осталось способности улавливать общение, единство среди нас. Лишь отыскав сообразный ответ на собственную нехватку, мы обретем настоящий фундамент для нашего единства.

И именно к этой открытости миру, к такому пути папа постоянно призывает христиан?

В определенном смысле да. Только если мы ощутим себя соединенными с другими людьми, подобными нам во всем, в том числе и в желаниях, в нехватке, только тогда нам удастся стать друзьями. Вопрос в том, как мы смотрим на других: движут ли нами исключительно предрассудки, привлекают ли наше внимание лишь некоторые аспекты их жизни, их привычки, или же мы доходим до самого их сердца? Когда Иисус встречается с самарянкой, Его интересуют не только и не столько ее ошибки, а ее жажда, ее нехватка. Видя тех, у кого нет хлеба, Он отвечает не только на их голод; утолив его, Он сразу же начинает говорить о чем-то ином, потому что Ему хорошо известно: хлеба недостаточно, чтобы ответить на всю их нехватку. Он говорит им о хлебе жизни: «Если не будете есть плоти и пить крови Моей», не сможете иметь в себе жизнь. Именно это мы можем передать другим. Но прежде необходимо признать то, что удерживает вместе все и всех, и свидетельствовать о произошедшем с нами, поскольку лишь это отвечает на человеческую нехватку. Поступая так, мы постоянно вступаем в диалог, как говорит папа, и лишь такой диалог дает людям возможность открыть то, что они ищут, порой двигаясь по жизни на ощупь.

Как с этим связана фигура Авраама?

С Авраама началась эта драма. До него человеку не хватало «ты», отвечающего на нехватку, и потому все было предсказуемым. Об этом пел Гуччини: «Я не существую, когда нет тебя, и остаюсь один на один с моими мыслями». Мы думали об этом как о чем-то из области духовности, как о чем-то для тех, кто хочет быть «лучше». Нет, это нужно для того, чтобы жить по-человечески. Если этого измерения недостает, мы понимаем, что оно не только для «особенно духовных» людей. Оно нужно тем, кто подобно Аврааму обрел Присутствие, пробудившее все способности их «я». Что происходит, когда человек умаляет историческое присутствие Бога, воспринимая его как враждебное? Он возвращается к сознанию, предшествовавшему сознанию Авраама, впадает в оцепенение, о котором говорят многие наши современники, его охватывает скука, окружает пустота, он начинает довольствоваться «предсказуемым». Жизнь становится по-настоящему драматичной и интересной, только если в нее входит непредсказуемость. В противном случае, как говорит Элиот, мы «теряем жизнь, живя». Лишь благодаря Присутствию нам удастся обрести в жизни жизнь, а иначе мы обречены потерять ее.

© Fraternità di Comunione e Liberazione. CF 97038000580 / Webmaster / Note legali / Credits